Я боюсь полюбить История одной травмы – Психология о А до Я

«Я боюсь полюбить…» История одной травмы

«Я  боюсь полюбить…»  История одной травмы

«…Вы считаете, что моя привязанность  к компьютерным
играм «растет» из детства?  И – сложности в отношениях с
женщинами связаны  с этими  «компьютерными запоями»?
Может быть…
В таком случае, это – болезнь не только моя, но и многих и
многих…
…Помните середину девяностых? Я помню очень четко… Родители,
чтобы прокормить семью, «пустились в бизнес». То, что раньше
презрительно называлось «перекупа»,  «спекулянт», стало
признаком какой-то успешности. Умение обмануть покупателя,
«впарить» ему свой товар стало цениться больше честности,
порядочности. Умение торговать стало значить гораздо больше, чем
любое другое умение. Кажется, сейчас мало что изменилось…
Но, я не об этом. Мама всегда была более практична, чем папа,
и её способности, её чутье помогли жить в те времена, скажем,
лучше, чем большинство семей моих одноклассников. Из своих поездок
родители привозили мне много ярких шмоток и да, электронные игровые
приставки.  Это был такой повод для хвастовства перед
одноклассниками!  И – такой отличный способ убивать время,
пока родители  были в отъезде…
Постепенно, таланты мамы сделали её несколько …самодовольной.
Папа все больше играл роль носильщика, упаковщика, развозчика
товара «по точкам», а мама…Она все больше времени договаривалась,
налаживала связи, отстаивала  свои интересы с
поставщиками…
Вам не скучно?  Обычная жизнь середины девяностых….
Их отношения портились постепенно: вначале, она называла его
«мой помощник», хвалила… Как-то чуть свысока, как хвалят собаку,
которая принесла палку. Потом, со временем, хвалить стала реже,
  все чаще ругала,  то за не вовремя полученный
товар, то за  излишнюю доброту к продавцам…
…Постепенно, они все реже стали уезжать, все чаще все решалось
«по звонку». Но, дома от этого лучше не стало. Стало холодней. Отец
возвращался домой раньше, мама чаще задерживалась, обсуждая с
«важными людьми»  свои, важные вопросы. Часто возвращалась с
запахом спиртного, веселая, возбужденная… Отец сердился, что-то
выговаривал ей. Потом появился компаньон – дядя Ашот, который умел
красиво подзывать официантов, был щедрым и обходительным. Отец
нервничал все больше… Мать, вернувшись с очередной встречи, устало
бормотала:  «Не глупи, это только бизнес…» и сразу
засыпала….
Отец начал пить. Мать стала устраивать скандалы.
Что она ему говорила? Что он «никчемушник», что весь бизнес
держится только на ней, что он – не мужчина, не такой, например,
как Ашот… Отец хлопал дверью, куда-то уходил…
В какой-то момент он переселился   в маленькую
квартиру на окраине города, которую, в качестве его «доли в
бизнесе» ему выделила мать…
Еще пару лет он приходил ко мне, дышал перегаром, пытался
обнять, узнать, как дела у меня в школе. Я отстранялся. Я говорил
ему: «не приходи больше». Он перестал приходить…
Я был полностью согласен с матерью, что он – пьяница,
неудачник…
Сейчас я понимаю, что она убивала его, убивала страшней, чем,
если бы каждый день добавляла яд  в еду. Она делала из него
«пустое место».
На мой выпускной вечер маму привез на своей машине дядя Гиви,
который сменил дядю Ашота в качестве компаньона в бизнесе…
Когда я стал студентом, мама торжественно вручила мне
ключи  от моей, собственной квартиры. Чувствовал ли я
благодарность?  Скорее, мы оба ощущали облегчение…
Спустя какое-то время я стал сам зарабатывать, вначале –
небольшие деньги, потом – больше…Мне хватает, на еду себе и коту,
хватает на  увлечения…
 Вы думаете, я только в компьютерные игры могу
играть?  Нет, даже семью я смог бы содержать…. наверное…
Понимаете, там, в компьютерной игре, я – не «ноль». Я тот, кто
что-то добивается, талантом, реакцией, терпением. И я не хочу, нет,
я  просто не вынесу, если кто-то, в реальной жизни, будет меня
ругать…. или хвалить. Хвалить,  так, свысока. И… что если я не
смогу соответствовать какому-нибудь Ашоту? В добывании денег, в
красивых ухаживаниях?
Что, если – я такой же, как отец? И – если она, та женщина,
которую я полюблю, будет такая, как моя мать?…»